Тексты выступлений
Интервью госсекретаря Райс корреспонденту телекомпании РТР Сергею Брилеву
Москва, Россия
12.10.2007
ВОПРОС: Г-жа государственный секретарь, в данной ситуации я должен говорить о внешней политике, но давайте начнем с внутренней политики нашей страны. На этой неделе в стране произошло существенное повышение цен - в основном, на хлеб и молоко. Вину при этом возлагают на мировой дефицит пшеницы, а этот дефицит, в свою очередь, объясняется инициативами США по производству биологического топлива. Разумеется, это звучит поверхностно, но что бы вы ответили критикам, которые утверждают, что эти американские инициативы ведут к дефициту продовольствия в развивающихся странах?
ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: Да, нам явно понадобятся альтернативные виды топлива ввиду необходимости экологически чистого энергоснабжения. Но этанол делают из разных продуктов. Кукуруза - лишь один из них, а в Соединенных Штатах этанол делают из кукурузы. Но на самом деле он не очень широко применяется в Соединенных Штатах. В Бразилии его делают из сахарного тростника. А в будущем этанол будут производить из проса, будет и так называемый целлюлозный этанол. Поэтому цены на продовольствие, потребности в продовольствии, думаю, не пострадают из-за потребности в альтернативных видах топлива.
ВОПРОС: Хорошо, вернемся к этому вопросу через 20 лет. А пока что - о тех вопросах, которые вам пришлось обсуждать в нашей стране сегодня.
Сегодня утром президент Путин призвал вас не форсировать запланированное размещение радара в Чешской Республике. Не будете?
ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: Мы работаем с нашими российскими коллегами. Мы считаем, что есть возможности для сотрудничества в области противоракетной обороны. Конечно, с нашей точки зрения, мы должны продолжать переговоры с чехами и поляками. Но мы твердо настроены - и убеждены, что действительно можем убедить Россию в том, что в этой системе нет ничего антироссийского. Она нацелена на другие угрозы - в частности, на усиление или возникновение угрозы применения ракет дальнего радиуса действия из таких стран, как Иран.
Нам надо приступить к развертыванию противоракетной обороны, потому что эти угрозы возникнут в не слишком отдаленном будущем. Но мы хотим работать сообща, и мы очень благосклонно рассматриваем ряд идей, которые предложил президент Путин по вопросу о том, где могут быть размещены другие объекты противоракетной обороны.
ВОПРОС: Президент Путин, говоря о странах, разрабатывающих ракеты среднего радиуса действия, думаю, имел в виду Северную Корею и Иран, которые расположены на границах России, так что для России сегодня это явная угроза. В то же время в эту среду на совместной пресс-конференции с президентом Саркози он сказал, что у Москвы нет доказательств того, что Иран пытается создать ядерную бомбу. Российские эксперты в своих интервью отмечали, что Иран не способен производить ракеты, которые могли бы достичь Штатов или Европы. Почему же Америка так озабочена? Это как бы упреждающая позиция? ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: Просто в отношении Ирана наша оценка угрозы немного другая. Мы теперь согласны, что Иран пытается увеличить радиус действия своих ракет. Согласны, что они действительно это делают.Мы с Россией согласны, что они увеличивают радиус действия ракет или пытаются его увеличить. В какой момент они обеспечат определенную дальность - на этот счет есть разногласия. Но мы считаем, что нам необходимо срочно приступить к обеспечению возможности защищаться от этой возникающей угрозы.
Что касается способности Ирана изготавливать само ядерное оружие, то мы в отношениях с Ираном находимся на той стадии, когда нас беспокоит, главным образом, то, что они приобретут технологии, которые затем легко можно будет использовать для разработки ядерного оружия. Вопрос не в том, есть ли у Ирана ядерное оружие сегодня. Вопрос в его способности к обогащению и переработке урана, в так называемом топливном цикле, который можно переориентировать на применение ядерного оружия точно так же, как и для гражданской атомной энергетики.
Думаю, мы с Россией очень хорошо сотрудничаем в контексте шестисторонних переговоров, и о дальнейшей перспективе мы договорились в Нью-Йорке. Эта перспектива заключается в том, чтобы дать все шансы и оказать поддержку усилиям Мохамеда Эль-Барадеи по решению оставшихся вопросов об иранских программах. Надо оказать поддержку Хавьеру Солане в его дальнейших переговорах с иранским советником по национальной безопасности г-ном Лариджани. А если Иран не воспользуется этими попытками договориться, надо окончательно подготовить резолюцию Совета Безопасности, которая может быть принята в Нью-Йорке, чтобы показать Ирану, что у него нет другого выбора - только вернуться за стол переговоров, приостановить свою программу и заняться производством гражданской атомной энергии, если они действительно этого хотят.
ВОПРОС: Судя по вашим словам, вы терпеливы. Так ли это?
ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: Приходится. Нам надо действовать срочно, поскольку Иран продолжает свою деятельность. Но президент Буш ясно дал понять, что он привержен дипломатическому пути. Мы должны знать, что дипломатический путь надо наполнять реальным содержанием. Он должен быть достаточно жестким. Иран должен знать, что если он не выполнит требований международного сообщества, это не останется без последствий.
Меня обнадеживает то, что у нас есть две единодушно принятые резолюции Совета Безопасности по главе 7 Устава ООН. Они явно привлекли внимание Ирана. Нам необходимо подготовить и поставить на голосование третью резолюцию, если Иран не готов выполнять свои обязательства.
ВОПРОС: Позвольте признаться, что я один из тех мечтателей, которые считают, что России и Штатам пора преодолеть вынужденный компромисс и стать настоящими союзниками перед лицом тех общих угроз, с которыми сталкиваются эти две страны.Но разве предложение президента Путина совместно использовать Габалинскую радиолокационную станцию в Азербайджане не является первым шагом на пути к такому сотрудничеству? Мы можем ставить разные вопросы в рамках глобальной повестки дня - об энергетической безопасности, о чем угодно. Но это - реальный шанс. Почему бы им не воспользоваться?
ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: Мы тоже так считаем. И, конечно, так
считает президент Буш. Во время встречи двух президентов
в Кеннебанкпорте я ощутила, что у них есть общее представление как раз
о таком сотрудничестве, о каком вы говорите. Да, мы считаем, что надо
в полной мере изучить возможность использования радиолокационной
станции в Азербайджане. Это могло бы стать очень важным шагом.
Наверное, это очень важный шаг в рамках сотрудничества. Но нам нужно
больше. Нам нужно рассмотреть весь диапазон средств, которые нам
понадобились бы в области противоракетной обороны для противодействия
общим угрозам, с которыми мы действительно сталкиваемся со стороны
Северной Кореи и Ирана.
ВОПРОС:ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: Мы не считаем, что это было бы заменой, но мы убеждены, что нам надо работать над региональной системой, которая была бы совместной, строилась бы на основе сотрудничества. В нее могли бы входить, как мы говорили сегодня с нашими коллегами, российские специалисты, работающие на американских и европейских объектах, и американские специалисты, работающие на российских объектах.
ВОПРОС: В том числе на новых - в Чехии и Польше?
ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: В том числе. Конечно, мы были бы готовы рассмотреть такой вариант. Эта система должна предусматривать более активный обмен данными, совместный анализ и технический мониторинг. Другие предложения такого рода должны обеспечить наше продвижение вперед. Но ключевое значение имеет тот тезис, который вы высказали. Мы сталкиваемся с общими большими глобальными угрозами. Я изучала прежние отношения между Советским Союзом и Соединенными Штатами.
ВОПРОС: Как вы себя называли в те дни - советологом?
ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: От этого термина мы, конечно, отказались. Мне очень приятно, что я также смогла основательно изучить Россию. И, думаю, все мы видим огромную эволюцию с тех пор, когда общим у нас с Советским Союзом было лишь то, что мы не хотели уничтожить друг друга. И это накладывало свой отпечаток на все формы нашего военного взаимодействия. Нам приходилось с подозрением относиться друг к другу. Мы были главными противниками друг друга. Мы были друг для друга главной угрозой. Сегодня дело обстоит иначе. Поэтому система, которую мы создаем, должна отражать тот факт, что мы больше не противники, что мы сталкиваемся с общими угрозами.
ВОПРОС: И последнее. Представьте себе, что сейчас невозможен компромисс между Россией и Штатами. Комитет Думы по иностранным делам уже заявил, что шансов нет, фактически рекомендовал России выйти из Договора об обычных вооруженных силах в Европе. Президент Путин дал понять, что Польша и Чехия рискуют стать военными целями для российских ракет, если они согласятся принять у себя американскую систему противоракетной обороны. Вы не боитесь такой реакции?
ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: Думаю, мы не должны оказаться в такой ситуации. Мы не должны оказаться в ситуации, когда мы вновь станем представлять угрозу друг для друга. Я совершенно уверена, что есть путь сотрудничества, по которому можно пойти, если мы захотим этого. И Российской Федерации не о чем беспокоиться в смысле какого-то ухудшения ее стратегического потенциала сдерживания. Девять перехватчиков в Польше, несколько радаров в Чешской Республике - это не подорвет российского потенциала стратегического сдерживания. В случае капитализации, модернизации и обновления могла бы эта станция заменить ваши планы в отношении Польши и Чехии?
Мы вполне понимаем, что если Россия захочет подавить такую систему, она сможет мгновенно это сделать. В этом суть. Эта система не нацелена на Россию. Она нацелена на угрозы, подобные Ирану. Расскажу вам небольшую историю. Когда Северная Корея испытала свою ракету, а позднее испытала ядерное оружие, все мы искали, какие ресурсы мы сможем использовать, если Северная Корея произведет реальный пуск ракеты по одной из наших стран.
Не хочу оказаться в таком положении, чтобы мне приходилось повсюду искать способ, как справиться с такой ситуацией в отношении Ирака или Северной Кореи. Что мы можем сделать, так это работать над общей системой, которая позволит нам использовать технологии для противодействия этим угрозам. Мы можем убедить Иран сменить курс с его ядерной программой. Мы можем добиться от Северной Кореи отказа от ядерного оружия, что мы делаем на шестисторонних переговорах. И я убеждена, что вместе мы сможем построить гораздо более безопасный мир, как мы это делали в отношении угроз глобального ядерного терроризма. Такова должна быть сегодня цель для России и Соединенных Штатов.
ВОПРОС: Г-жа госсекретарь, большое вам спасибо.
ГОССЕКРЕТАРЬ РАЙС: Спасибо.
(Распространено Бюро международных информационных программ Государственного департамента США. Веб-сайт: http://usinfo.state.gov/russian/)